Голоса стен, или Гонконг - город контрастов

В галерее Blue Lotus Сары Грин в Гонконге (вообще это отдельная история - о том, как искусствовед из Бельгии влюбилась в Азию и открыла там свою фотогалерею) проходит выставка фотографий этого противоречивого, но чрезвычайно притягательного места на Земле. Дети, улицы, человейники - и при этом какая-то хрупкость и легкость бытия. Экспозиция продлится до 1 декабря.

Bianca Tse, Breathing Space,’ Photo Courtesy of Blue Lotus Gallery.

Greg Girard’s ‘Noodle Factory and Family Residence’. Photo Courtesy of Blue Lotus Gallery.

Ian Lambot’s ‘South Facade’. Photo Courtesy of Blue Lotus Gallery.

Greg Girard’s ‘Children playing on Walled City rooftop’. Photo Courtesy of Blue Lotus Gallery.

Greg Girard’s ‘Kowloon Walled City Night View from SW Corner’. Photo Courtesy of Blue Lotus Gallery.

Bianca Tse, ‘Untaken Photo,’ Photo Courtesy of Blue Lotus Gallery.

Keeping Lee, ‘Lion Rock seen from Kowloon Walled City’s Rooftops. Photo Courtesy of Blue Lotus Gallery.

Greg Girard’s ‘Convenience Store with Living Quarters’. Photo Courtesy of Blue Lotus Gallery.

"AI-инновация" с австралийским акцентом

 В Квинсленде, Австралия, есть симфонический оркестр Queensland Symphony Orchestra (QSO). В конце прошлого года компания назначила нового директора по маркетингу, который (-ая) тут же начал (-а) креативить. В соцсетях оркестра появилась картинка, сгенерированная нейросетью, которая должна была призвать аудиторию на концерт. Позже выяснилось, что изображение дирекция получила из сервиса Shutterstock, у которого, в свою очередь, подписан контракт с OpenAI на 6 лет, что позволяет искусственному интеллекту учиться и генерировать картинки на основе гигантской базы этого крупнейшего в мире стока графических изображений. Собственно, чтобы далеко не ходить, вот эта злосчастная картинка (простите, если задену чьи-то эстетические чувства): 

Естественно, эта халтура тут же вызвала шквал критики в адрес оркестра и его маркетологов. Подписчики, зрители и даже местные австралийские сми разругали не столько нейросеть (ей критика только к лицу), сколько, во-первых, тех, кто принимал дизайн-решение и из всего массива генераций отобрал именно эту картинку с энным количеством скрещенных пальцев и еще кучей брака на фоне. Во-вторых, досталось самой институции, которая вроде бы призвана формировать и воспитывать художественный вкус у аудитории, а вместо этого сама насаждает чудовищную антихудожественную безвкусицу. Кроме того, как писали в Австралии, такой крупной организации, коей является симфонический оркестр, не пристало работу человека слепо передоверять нейросети, чья модель от начала и до конца построена на краже чьей-то интеллектуальной собственности (хотя это вопрос более чем дискуссионный). 

Как бы то ни было, мне эта история показалась любопытной и в некоторой степени поучительной. Характерно, что пиарщики ни разу не извинились - напротив, им все нравится, а свой провал они объяснили тягой к инновациям и экспериментам. При этом Artnet опубликовал промпт, по которому эта картинка была сгенерирована: 

two people having a date at a indoor classical music romantic concert 

 Что ж, почему бы не попробовать сгенерировать нечто более удобоваримое и подходящее для рекламы респектабельного оркестра на основе этого же запроса. 

Итого: в ходе эксперимента задействованы бесплатные версии Кандинского, Playground v2.5 и Stable Diffusion XL. Варианты от нейтральных филармонических до более китчевых. Время - максимум полчаса. 

 

Бухарест глазами фотографа

 Гардиан публикует серию фотографий румынского автора Космина Гырлештяну, на протяжении последнего десятилетия запечатлевающего Бухарест с самых разных углов. В этих фото зафиксирована сама суть этого города: некоторый хаос - и при этом яркие краски, абсурдизм - и при этом невероятное жизнелюбие. Собаки разных пород прилагаются. 

Все фото - Cosmin Gârleșteanu. 

Ох уж этот AI

Жюри фотоконкурса дисквалифицировало австралийского фотографа, ошибочно посчитав ее работы сгенерированными искусственным интеллектом. Сьюзи Догерти, фотограф и актриса, сделала несколько снимков со своим 18-летним сыном Каспаром и манекенами в пространстве выставки Gucci Garden Archetypes в Сиднее, которые судьи приняли за цифровые изображения за авторством нейросети. 

Смешно, что сам Каспар пробовал воссоздать эти фото с помощью ИИ, но вот что получилось: 

Каникулы!

[Такие же разноцветные, как эти контейнеры на фото Марка Пауэра.]

Май-ами

Район ар-деко в Майами с его любопытными зданиями конфетных расцветок не оставляет равнодушными ни путешественников, ни фотографов, ни производителей обоев. 

Обои Cole & Son из серии Geometric II вдохновлены постройками южного побережья, знаменитыми отелями, где останавливались президенты, неповторимыми формами, пестрыми цветами и разлапистыми пальмами. Пора делать ремонт.

 

 

Гадание по фотографии

Петербург посетил Дени Бертран, профессор семиотики из университета Париж VIII. В субботу 2 марта он прочитал открытую лекцию в медиатеке Французского института на тему: «Официальные портреты французских президентов: семиотическое прочтение».

Это Дени Бертран. При желании можно семиотически прочитать и его портрет.

Итак, в чем заключается это «семиотическое прочтение»? На экране – слайдшоу из официальных фотографий президентов Пятой республики, то есть от де Голля до Макрона. В течение часа профессор их комментирует, останавливаясь на композиции, интерьере и даже пуговицах, но ни слова не говорит непосредственно о политике. Такая новая корректность. Может показаться, что понятие «официальный портрет» какое-то относительное: одно дело портрет в предвыборной кампании, который висит на каждом заборе, и совсем другое дело одна из многих официальных фотографий первого лица. Одна из многих – значит, выбор субъективный: могу взять удачное фото, а могу взять малоизвестное и не самое выдающееся, представив тем самым первое лицо в том свете, в каком мне хочется его представить. Но со времен де Голля каждый французский президент выбирает себе фотографа, перед которым с удовольствием позирует.

Вот и Шарль де Голль:

Несмотря на привычные черно-белые фотографии де Голля в простой форме без украшательств, официальный портрет выполнен в цвете. Президент стоит в зале библиотеки Елисейского дворца, весь в регалиях и лентах. О чем говорит этот портрет? Де Голль мнит себя Людовиком-Солнце? Композиция повторяет барочные портреты Людовика XIV работы Гиацинта Риго: нарядный глава государства серьезен, опирается на стопку книг (или на трость, как король) и смотрит куда-то в будущее.

Этой традиции уже много лет. Жорж Помпиду ее славно продолжает. Та же библиотека, книги, ленты, взгляд.

Валери Жискар д’Эстен оказался креативнее и пригласил замечательного фотографа Лартига, которому на тот момент было уже 80 лет. Лартиг приобрел известность работой в ч/б, хотя изумительно работал и с цветом. Он снял президента на улице на фоне французского флага и колонн (фрагмент серого цвета у правого плеча). Дени Бертран считает эту работу почти абстракцией. Если представить эту картинку без фигуры д’Эстена, то да, получится почти абстракция, только очень правильная, геометрически выверенная: синий и красный треугольники расположены ровно друг напротив друга.

После д’Эстена президентом Франции стал социалист Франсуа Миттеран (социалист с фашистским прошлым). Это президент читающий: тоже сидит в библиотеке, но с открытой книгой. Далее следует ода прекрасному ощущению, когда ты читаешь, а тебя оторвали от чтения, и ты не понимаешь, где находишься. О, этот взгляд президента! Да, про это писал Пруст, но не сравнивать же 21 президента Франции с Прустом! Возможно, это просто женский взгляд: портрет Миттерана выполнила Жизель Фройнд, отличный фотограф, автор ряда интересных портретов известных людей. 

В общем, Миттеран просидел два срока и помимо всего прочего построил библиотеку в Париже, о которой Дени Бертран рассказал уже на другой лекции, на следующий день. Читающий президент инициировал строительство зданий в форме открытых книг по проекту Доминика Перро (это Перро выиграл конкурс на строительство новой сцены Мариинки, но, увы). Профессор жаловался, что «открытая книга» открыта только формально: внутри все окна закрыты глухими ставнями, мрачные ходы и коридоры, а вход в читальный зал напоминает грот.

Казалось бы, всех переплюнул Жак Ширак, который сфотографировался в саду Елисейского дворца в образе радушного хозяина. 

Здесь вам и французский флаг, и деревья, зеленая трава, прекрасная архитектура, эффектные тени и… пупок! Единственная пуговица – это, по мнению профессора, некая аллюзия на поэтов прошлого, которые воспевали части женского тела: губы, глаза, уши или пупки. Но вряд ли Беттина Реймс, которая фотографировала не только Ширака, но и Мадонну с Кайли Миноуг, об этом задумывалась.

Николя Саркози на этом фоне как-то совсем потерялся. 

Маленький, нелепый, над ним даже фотограф поиздевался: вместо ровных книжных корешков на заднем плане зачем-то выставил один том: с лицом президента за внимание конкурирует обложка книги. Неудача.

А вот и Франсуа Олланд, первый президент «идущий». 

Для съемки пригласили выдающегося режиссера и фотографа Раймона Депардона, и он согласился. Принес с собой целый арсенал фотоаппаратов, от Лейки до новых цифровых.

Напоследок – самый молодой президент Эммануэль Макрон, который очутился ровно посередине – посередине от всего: ни на улице и ни в помещении (открытые окна), между правыми и левыми (Макрон себя позиционирует как центриста), между Евросоюзом и Францией (на снимке представлены оба флага). Идеальная симметрия. 

Галльский петух отражается в экране телефона (телефонов, кстати, два: наверное, один местный, второй для связи с Европарламентом), кисти рук напряжены, на столе тикают старинные часы: новый президент усердно работает и управляет временем. Настоящий шеф!

Оказывается, у Барака Обамы была идентичная фотография, только, по мнению Дени Бертрана, Обама «выглядит естественнее». 

Французская пресса подробно обсуждала портрет Макрона и это очевидное сходство с нобелевским лауреатом. Профессор об этом ничего не сказал. Ну, а на сайте Елисейского дворца этот семиотически прочтенный портрет Макрона можно купить. Цена 8,25 евро.

P. S. Макрон вроде молод, но не чужд все-таки французской традиции. На столе - раскрытая книга. Это военные мемуары, воспоминания, кажется, де Голля. В сети есть видео о том, как Макрон готовится к позированию, тщательно выстраивает предметы на столе и ищет нужный разворот. 

Не он? Он!

Главный герой Блю из фильма «Сердцееды», которому мы посвятим еще некоторое время в киноклубе, - художник. Работает в мастерской, ходит в кафе и к друзьям, появляется в галерее современного искусства, чтобы договориться о выставке или устроить скандал на вернисаже. Живет в Лос-Анджелесе, рядом Голливуд, много женщин и еще больше неона. Вывески, знаки, работы современных художников – неон заполонил город, неон заполонил фильм. В кафе, в галерее, в мастерских, на улицах. Сияние, мерцание, реклама товаров и услуг, объявления, иронические объекты из светящихся трубок – все это переливается и мелькает в ритмах 80-х.

С неоном работали все, от Сони Делоне до Ай Вэйвэя, а в США и подавно. (Конечно, неон, в первую очередь, ассоциируется с Лас-Вегас-Стрип, длиннющим шоссе в никуда, дорожные вывески и знаки которого давным-давно перешли в трансцендентное измерение.) В 1981 году, за 3 года до съемок «Сердцеедов», в Лос-Анджелесе появился музей под женским именем MONA (это аббревиатура: Museum of Neon Art), единственный в мире музей, посвященный неоновой иллюминации. С одной стороны, музей MONA показывает работы современных художников, которые сменили холст и краски на разноцветные неоновые трубки. Например, до 31 марта в MONA идет выставка «Кинетическая энергия: искусство, которое не сидит на месте»: в экспозицию вошли кинетические скульптуры и анимированные неоновые вывески, собранные художником Дэвидом Квиком.

KINETIC ENERGY: Art That Won't Sit Still, до 31 марта 2019

Один из участников этой выставки – член почетного совета музея Ларри Олбрайт, который делал визуальные эффекты для фантастических фильмов «Бегущий по лезвию» и «Близкие контакты третьей степени». Еще Олбрайт придумал свой плазменный шар и даже каким-то образом умудрился его запатентовать, хотя классическую плазменную лампу на электроде изобрел Никола Тесла и никто другой.

Кадр из фильма "Бегущий по лезвию", Ридли Скотт, 1982

Еще один гость в почетном совете MONA -  архитектор Тед Танака, автор проекта «Ворота LAX» из гигантской надписи и светодиодных пилонов: пестрая композиция встречает каждого, кто едет из Международного аэропорта в город. Знак «LAX» - это некая альтернатива самой знаменитой надписи Лос-Анджелеса «Hollywood», но далеко не конкурент.

LAX Gateway, 2000

С другой стороны, учредители и сотрудники музея видят в городских знаках из неоновых трубок наследие, которое необходимо изучать и беречь. Каждую субботу здесь проводят «неоновые круизы» - это ночные экскурсии по городу с историками и кураторами музея, которые рассказывают о замечательных вывесках со времен ар-нуво до наших дней.

Музей исследует атрибуты городской среды прошлого – в частности, знаки и вывески, запечатленные на винтажных фотографиях из недавно вышедшей книги «Эффектная иллюминация: неоновый Лос-Анджелес, 1925-1965». Сейчас, когда светодиоды заменили флуоресцентный свет, который, в свою очередь, пришел на место неона в 1950-х, особенно ценно увидеть коммерческую застройку первой половины прошлого века с наивными рекламными вывесками, конкурировавшими друг с другом за внимание прохожих и автомобилистов.

Из книги "Spectacular Illumination: Neon Los Angeles, 1925-1965", Angel City Press